Объединение сайтов | Главная | Регистрация | Вход
Главная » Боевой путь ММГ » 1987год » 1987год

1987 год (часть 2)

Из статьи В.Окулова «Провокация на границе», «Правда» от 2 апреля 1987 года

«Вечером 8 марта афганские душманы обстреляли ракетными снарядами районный центр Пяндж, расположенный близ границы СССР с ДРА на территории Советского Таджикистана. Погиб один человек, двое ранены, в том числе ребенок. Возмездие последовало неотвратимо. В бой с бандами вступили подразделения афганской армии и подразделения ограниченного контингента советских войск в ДРА. Мы прилетели в пограничную провинцию Кундуз на операцию по разгрому банд. Склонившись над картой, подполковник В. Боровой очертил район, где развивались события.
- Установлено, что акт терроризма против мирных советских людей совершила специальная группа обстрела, сформированная по прямому указанию Гульбеддина Хекматиара, одного из главарей контрреволюции, окопавшегося в Пакистане. Отряд террористов выдвинулся из зоны, контролируемой бандитами, на местность, прилегающую к центру приграничной афганской волости - кишлаку Имамсахиб. Впереди шла группа обеспечения - около сотни душманов. За ними - столько же «специалистов» с ракетными снарядами и безоткатным орудием. Последней следовала группа прикрытия - человек пятьдесят.
С расстояния примерно в два-три километра от советской границы бандиты успели сделать два пуска реактивных снарядов и восемь выстрелов из безоткатного орудия. Тут же их накрыли ответным огнем. Душманы ушли, унося убитых. При отходе из приграничья их обстреляло местное афганское население.
Момент для провокации, заметим, был выбран не случайно. Праздничный вечер 8 Марта в советском пограничном поселке отмечали, как и повсюду в стране. Расчет бандитов был поистине злодейским - превратить праздник в трагедию, продемонстрировать уязвимость советской границы. Акт международного терроризма носил откровенно политический характер. Его инициаторы ставили целью сорвать процесс национального примирения в ДРА. Но не только.
В те дни в Женеве заканчивался очередной этап афгано-пакистанских переговоров через представителя генерального секретаря ООН. Переговоры шли по проблемам, касающимся политического урегулирования положения в регионе, и одним из самых острых был вопрос о сроках возвращения на родину ограниченного контингента советских войск в ДРА. Которое должно состояться после прекращения вмешательства извне в дела Афганистана. Ясно, что удар по советскому приграничью был выгоден тем, кто стремится не допустить политического урегулирования обстановки вокруг ДРА, кто, разглагольствуя о мире на афганской земле, хотел бы сохранить на ней, у южных границ СССР, постоянный очаг напряженности.
Кому принадлежат эти замыслы - секрета не представляет. О них разболтал, к примеру, в недавнем интервью газете «Вашингтон тайме» заместитель министра обороны США по политическим вопросам Фред Икле. Враждебные вооруженные формирования, заявил он (то есть душманы), могут нарушить «уязвимую южную границу СССР».
Обстрел Пянджа, должен был, как видно, подкрепить огнем пророчество «политика» из военного ведомства США. …Ответ бандитам последовал незамедлительно. Зеленая зона на севере провинции Кундуз, где в «местах постоянной дислокации» собирались отсидеться душманы, была взята в кольцо. Советские и афганские войска предложили мирным жителям во избежание потерь покинуть зону действия банд. Тысячи дехкан и их семей вышли из кольца через фильтрационные пункты. Смешавшись с толпой, пытались было скрыться от возмездия и некоторые душманы. Нескольких бандитов задержали, когда они хотели ускользнуть, накрывшись чадрой.
Затем с санкции Высшей Чрезвычайной Комиссии по национальному примирению ДРА, по базам бандитов, нарушивших перемирие, был открыт уничтожающий огонь.
Несколько дней вслед за этим западные радиоголоса наполняли эфир сообщениями о том, что советские войска якобы несут огромные потери в ожесточенных боях севернее города Кундуз. Назывались немыслимые цифры, долженствующие свидетельствовать о неуязвимости душманов.
Дела, однако, обстояли совсем наоборот. Потери бандитов исчисляются многими десятками убитых. Сотни душманов сдались афганским властям. Банды разгромлены. Из кольца выскользнули лишь незначительные остатки вооруженных групп, считавших своим оплотом зеленую зону севернее Кундуза. Эпицентр операции переместился в «зеленку», к юго-западу от провинциального центра. Здесь засели банды известных своими кровавыми делами Клыча, Ортабулаки, Чугаи, Мирзы Насри. Советские подразделения блокируют выходы из «зеленки». На чистку кишлаков от душманов вышли части афганской пехоты. С брони бронетранспортера, мчащегося по разбитому шоссе, вижу артиллерийскую батарею, орудия которой ведут залповый огонь. Во дворе кундузского управления министерства госбезопасности ДРА тем временем устраивали выставку трофеев, добытых в бою. Мы поспели на ее открытие. Чего только не увидел здесь, на прогретых солнцем плитах тесного двора! Душманские автоматы, разбитые прямым попаданием. Безоткатное орудие американского производства, японские бинокли, миноискатель с английской маркировкой, карта расположения советских частей с нанесенными целями для ракетных ударов…
Беседую с одним из плененных душманов. «Восемь лет я сражаюсь против властей Кабула, - объявляет Фарид. - Чем занимался? Да что приказывали…»
Другой душман Хекматулла был в банде Латифа, а до того - кишлачным муллой в волости Имамсахиб. Душманы заставили его работать в составе бандитского суда - и следствие вести, и судить. Кого судили?
- Тех, кто замечен в сотрудничестве с народной властью. Сам я, уверяет Хекматулла, не был инициатором смертных приговоров. Угрозами меня заставляли присоединиться к мнению других «коллег». А в день, когда услышал по радио о национальном примирении, выступил в мечети, призывал членов банд пойти на мировую с властью. Да пока шла проповедь, мечеть окружили вооруженные головорезы. Так и повстречался с властью лишь здесь, в службе безопасности, - вздыхает мулла.
Спрашиваю об обстановке в провинции начальника политотдела управления госбезопасности подполковника Н. Турьялая.
- Обстановка непростая, откровенно говорит он. - В провинциальном центре - сами видели - на улицах покойная, мирная жизнь. Подавляющее большинство населения поддерживает курс на национальное примирение. В зоне кишлаков сложнее. Активно действует более двух десятков банд - около двух тысяч вооруженных душманов всемерно обостряют ситуацию. Видите, какую провокацию затеяли против СССР по указанию Гульбеддина Хекматиара?
А ведь из Советского Союза в Афганистан и, в частности, в нашу провинцию, - продолжает подполковник, - потоком идет безвозмездная помощь, распределяемая по уездам и волостям, — зерно, растительное масло, сахар, мыло, спички, керосин, одеяла, тетради… Будь моя воля, везде, где можно, поставил бы пометки на языке дари: «Сделано в СССР», чтобы каждый своими глазами видел - северный сосед, как всегда, протягивает руку помощи… Двумя часами позднее я был свидетелем того, как эту помощь в кишлак Чардара доставил советский агитационно-пропагандистский отряд майора И. Станкевича. Возле палатки, где вели прием больных врач Людмила Дашевская и медсестра Вера Котелева, толпился народ - и стар, и млад.
Седобородый Хаджи Ахтар, 65 лет, член Народно-демократической партии, рассказывал мне о политике национального примирения. Дехканин Насрулла просил написать от его имени письмо сыну Султану Мухаммаду в Ташкент, где тот учится на инженера. Мальчишки из кишлачного лицея, выстроившись перед фотоаппаратом, подталкивали в первый ряд второклассника Тадж Мухаммада - отца его и мать убили бандиты, а все родственники в Пакистане, и подкармливают Тадж Мухаммада в местном отряде защитников революции.
Шумная кишлачная жизнь вокруг «бэтээров» агитотряда, выплескиваясь на пыльную дорогу. Гулко ухали вдали орудия, словно напоминая, что наши бойцы здесь, вдали от дома, защищают не только афганские кишлаки. Они берегут и спокойствие границ родной страны. Никто не вправе забывать об этом. Ни мы сами, ни организаторы провокаций, из каких бы пределов ни тянули они руки к нашим рубежам.»

Из книги Новикова В.С. Крылья границы: Историко-документальный очерк. - М.: Граница, 2008.

«В период с 9 по 31 марта 1987 г. авиационный полк участвовал в проведении операции «Возмездие» по уничтожению участников провокационной акции группы бандформирований, которые обстреляли реактивными снарядами класса «земля-земля» районный центр Таджикистана г. Пяндж. Авиация блокировала район обстрела, на путях отхода душманов произвела высадку десантно-штурмовых групп и во взаимодействии с наземными подразделениями уничтожила противника. Экипажи вертолетов проявили мужество, героизм и братскую взаимопомощь.
Так, 9 марта 1987 г. произошел вот такой уникальный случай. На пути отхода от нашей государственной границы крупной конной банды, которая обстреливала ракетами г. Пяндж, происходила высадка десантных подразделений. Вертолет командира звена капитана Н. Калиты первым произвел посадку с подбором площадки на тропе, которая перекрывала пути отхода против¬нику. Десантники быстро выскочили из вертолета, и завязался бой. Бандиты обстреляли вертолет из гранатомета, при этом одна из гранат разорвалась в его пилотской кабине. Все члены экипажа были ранены, приборы и стекла кабины были разбиты, но двигатели работали, винты вращались, пожара и дыма не было.
Ведомый пары командир вертолета Ми-8 капитан А. Пашковский, (старший летчик-штурман старший лейтенант В. Шаповалов, бортовой техник ка¬питан Сидоренко, бортовой механик прапорщик Зиньков) прошли над вертолетом ведущего: фонарь разбит, людей не видно, винты вращаются, и пошли на посадку, на выручку товарищей. Они произвели посадку рядом с подбитым вертолетом ведущего, в 40-50 м от него, высадили свой десант, который рассыпался цепью для защиты обоих вертолетов, и командир дал команду экипажу разделиться по парам: сам с Зеньковым и с пятью десантниками поползли к подбитому вертолету, а Шаповалов и Сидоренко со второй пятеркой десантников их прикрывают, причем, первый - из автомата через открытый блистер кабины вертолета, второй - из носового пулемета, но находясь в своем вертолете.
С помощью десантников перетащили истекающего кровью, с перебитыми ногами, капитана Н. Калиту в свой вертолет. Легко раненный лейтенант А. Сергеев помог дотащить и загрузить своего командира на борт ведомого вертолета и перебежками помчался к своей искалеченной машине. Туда к тому времени подползли командир и бортмеханик пришедшего на выручку вертолета. Чтобы спасти машину Н. Калиты, капитан А. Пашковский решил сам лететь на предварительно им осмотренном и проверенном на взлетном режиме, подбитом вертолете: без работающих приборов и радиосвязи, без ос¬текления кабины и с неполным составом экипажа.
Своему летчику-штурману старшему лейтенанту В. Шаповалову он приказал взлететь самостоятельно и прикрыть его на взлете и в полете до базового аэродрома. Взлет парой произвели нормально, однако бандиты успели выпустить по первому взлетевшему уже вертолету капитана Пашковского еще две гранаты, одна из которых взорвалась в районе редукторного отсека и повредила основную гидросистему вертолета. Вторая граната, не разорвавшись, застряла в створках грузовой кабины вертолета и в любой момент от вибрации могла взорваться.
Капитан А. Пашковский и лейтенант А. Сергеев, оба израненные осколками гранаты и стекла, сумели довести свою не менее израненную машину до аэродрома Пяндж и произвести посадку без автопилота, в ручном режиме. На аэродроме инженеры насчитали в машине более 50 пулевых и осколочных пробоин. За этот подвиг по спасению экипажа и машины капитан А. Пашковский был награжден орденом Ленина, лейтенант Сергеев - орденом Красной Звезды.
10 марта 1987 г. командир звена вертолетов майор М. Зубко под огнем противника осуществил высадку десанта и получил команду с КП на эвакуацию раненых пограничников. После загрузки раненых на борт вертолет был подбит выстрелом из гранатомета и загорелся. Майор М. Зубко дал команду: «Всем покинуть вертолет», доложил обстановку ведущему группы. Затем, прикрывая огнем из пулемета отход экипажа с ранеными, дал возможность товарищам отойти на безопасное расстояние, занять выгодную позицию и удерживать ее до прихода помощи. Майор М. Зубко за этот боевой вылет награжден орденом Красного Знамени.
Ведущий десантной группы, командир авиационной эскадрильи Душанбинского полка подполковник А. Дубасов, приняв доклад майора М. Зубко, произвел высадку десанта из своего вертолета и, рискуя жизнью, под силь¬ным огнем противника, произвел посадку рядом с подбитым вертолетом и эвакуировал экипаж и раненых пограничников. За этот боевой вылет подполковник А. Дубасов был награжден орденом Красной Звезды.»

Из сборника примеров героических поступков воинов-интернационалистов «Время выбрало нас». Душанбе, 1988 г.

«10 марта 1987 года экипажи вертолетов войсковой части 2178 офицеров А. Пашковского и Н. Калиты работала в районе, где наши подразделения вели бой с крупной бандой душманов, обстрелявшей накануне ракетами советский пограничный городок Пяндж.
Прикрывая высадку десанта с воздуха, А. Пашковский увидел, как прошила кабину стоящего на земле вертолета противотанковая граната. Вертолет Н. Калита вздрогнул и выпустил клубы дыма. Подбит! Тогда, не прекращая огня, вертолет А. Пашковского пошел на посадку. Вскоре он сел рядом с поврежденной машиной. Вместе с бортовым техником, при поддержке десантных подразделений, они пе¬ренесли тяжело раненного капитана Н. Калиту на свой борт.
Дав команду летчику-штурману самостоятельно следовать на базовый аэродром, капитан А. Пашковский поднял поврежденную машину в воздух и, выведя вертолет из опасной зоны, доставил раненых товарищей на аэродром. Боевые друзья и машины были спасены.
Капитан А. Пашковский удостоен ордена Ленина.»

Из переписки Филиппова Александра, водителя БТР № 741 3 погз 1 ММГ 47 пого со Степновым Михаилом Геннадьевичем, замполитом 3 погз 1 ММГ 47 пого

«Да, пересеклись мы в ММГ неделю или больше. Экипажи БТРов 3 погз на тот момент были такие: БТР № 737: Дронов Сергей, Филимончук Виктор; БТР № 738 - Рачков, Веселый Александр; БТР № 739 Бабушкин Сергей, Мильгевский Эдуард. На 741-м до меня был Барков С. А я когда прилетел сразу принял БТР № 740, он в парке стоял без движка. Потом Барков уволился и мне отдали БТР № 741. Стерничук Виктор – снайпер (пулеметчик, примечание Степнова М.Г.), его потом забрали в ДШМГ. Шум Павел - водитель АПМ-90. Когда мы прилетели в Меймене, Суровцева не было. Он летал с НДШЗ на войну, а вот куда, не помню. Еще с нами прилетел замполит ММГ Семенюк В.»


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Получили боевые награды слева направо: наводчик КПВТ БТР № 737 рядовой Филимончук Виктор, начальник 3 погз майор Суровцев Виктор Иванович, санинструктор старший сержант Заворотний Александр, наводчик АГС-17 ефрейтор Брындин Иван Иванович.

Из воспоминаний Копенкова Сергея Анатольевича, командира «Чайки» № 749 взвода связи 1 ММГ 47 пого

«Был очень забавный случай в Файзабаде в 1987 году. Приезжали к нам на точку стоматологи наводить порядок в наших ротовых полостях. Явка была обязательна. Я с зубниками не дружу с детства. Естественно, с дрожью в коленях пришел в землянку на осмотр (по-моему, у майора Грицкова В.П. в «кабинете» окопались стоматологи). Виктор Иванович Казаков, замполит 2 погз, назамолаживался надо мной по полной программе. В общем, все прошло нормально. Перед офицером не спасовал.»


Фото из архива Копенкова Сергея Анатольевича, командира «Чайки» № 749 взвода связи 1 ММГ 47 пого. Военнослужащие взвода связи награждены боевыми медалями. Слева – Копенков С.А., справа – командир «Чайки» № 748 Ивасенко Игорь. 1987 год.


Фото из архива Копенкова Сергея Анатольевича, командира «Чайки» № 749 взвода связи 1 ММГ 47 пого. В капонире «Чайки» № 749. Слева направо: Мисюля Иван, Ивасенко Игорь - командир «Чайки» № 748. Меймене. 1987 год.


Вырезка из газеты «Советская Белоруссия» от 1 мая 1987 года.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Засада на 9-й дороге. Обеденный перерыв. Крайний слева – старшина 1 погз прапорщик Балбышев Александр, крайний справа – заместитель начальника 1 погз лейтенант Кафаров Рауль.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Засада на 9-й дороге. Обеденный перерыв. Крайний слева – старший лейтенант Максимов Виктор Юрьевич, крайний справа – заместитель начальника 1 погз лейтенант Кафаров Рауль.


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Лагерь 1 ММГ «Меймене». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке.

Из переписки Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел» со Степновым Михаилом Геннадьевичем, замполитом 3 погз 1 ММГ 47 пого

«Эти фотографии сделаны в апреле- июне 1987 года в окрестностях г. Меймене, когда одна из групп спецподразделения «Вымпел» находилась на так называемой «стажировке» в 1 ММГ Керкинского погранотряда. Проживали мы в землянке доблестной миномётной батареи майора Дроздова (с прискорбием узнал о его кончине). На одном из фото вся группа в сборе. Командир группы подполковник Федоренко Валерий Васильевич. Находились мы в 1 ММГ два месяца (прилетели 27 апреля 1987 года).»


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке в 1 ММГ «Меймене».


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке в 1 ММГ «Меймене».


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке в 1 ММГ «Меймене». Район 9-й дороги.


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке в 1 ММГ «Меймене». Район 9-й дороги.


Фото из архива Маймулы Павла Анатольевича, спецподразделение «Вымпел». Группа спецподразделения «Вымпел» на боевой стажировке в 1 ММГ «Меймене».

Из воспоминаний Зиганшина Расыха Рустемовича, старшего техника ИСВ 1 ММГ 47 пого

«Случай с МТУ такой. Зимой с 1986 на 1987 гг было очень холодно, по ночам доходило до -27-28 градусов. Командир ИСВ Максимов В.Ю. решил проверить боеготовность взвода, так как была команда штаба. У нас ни на МТУ, ни на БАТе не было аккумуляторов. Заводили только воздухом. Воду залили, воздух стравили, но завести не смогли. Максимов пошел за БМПухой. Я был дежурным по столовой и не знал об этом. Пока приехала БМП, пока завели,, прихватило краник. Стали воду сливать, она не идет. Открутили патрубок и слили, а в двигателе вода осталась. Все успокоились. Весной, когда завели, смотрим, уровень воды понижается. Глянули и увидели трещину на блоке. Максимов решил пока не докладывать руководству и попробовать заклеить. Промучились, но заклеили. Вода все равно уходит в картер. Волей не волей пошел Максимов докладывать. Но прежде чем зайти, пошел в санчасть выпил таблеток успокоительных и пошел. Что началось, это жуть! Он же был кандидатом в члены КПСС. Тут заслушивание поведения кандидата, продлили ему на полгода кандидатский стаж и т.д. Из-за этого, наверное, и забрали его на учебный пункт. Кое как сняли этот движок. В штабе на совещании я доложил, что движок готов к отправке в Союз.
После этого я поехал колонну встречать в Ислим. На обратном пути у нашего БТР № 753-й оборвало все болты на кардане. Сперва попытались на одном движке проехать, не получается. Нас оттащили с дороги и колонна пошла дальше. Вот тогда Рогов мне еще кулаком погрозил. Мы разобрали, новые болты закрутили и поехали догонять. Перевалили перевал, и я слышу по рации, что колонну под городом обстреляли. Потерь, конечно, не было, но неприятно. Мы с остатком колонны по другой дороге поехали. Приезжаю и бегом в автопарк, чтобы загрузить движок, а там нет крана. Водитель оказывается под Ислимом сидит. Я в штаб, а там замполит. Как так говорю получается, чем теперь грузить? Он говорит мол, почему раньше об этом не подумал? Я же говорю, Вам доложил, что движок снят и готов к отправке, а боевой расчет на операцию не я составляю. Тогда спасибо Воробьеву Виктору Васильевичу (начальник 1 погз 1 ММГ, примечание Степнова М.Г.), он за меня заступился и подтвердил, что я докладывал. В итоге виноватым оказался я. Формулировку точно не помню уже но, типа «За некачественную подготовку техники на выезд и срыв отправки двигателя на ремонт». Под фальш-пол никто никогда не заглядывал. Кто мог подумать, что болты вырвет, и что крановщика отправят на операцию. И попал я в черный список к Рогову (начальник оперативной группы Керкинского пого, примечание Степнова М.Г.)


Фото из архива Лялина Александра, наводчика КПВТ БТР № 753 ИСВ 1 ММГ 47 пого. Сержант Дашко Олег - ИСВ. Керки, 1987 год.

Из альбома «Боевые дела подразделения 3 погз 1 ММГ «Меймене» 1986 – 1989», сохраненного Павловым Валерием, замполитом 3 погз 1 ММГ 47 пого

«11 мая ММГ была обстреляна реактивными снарядами. Своевременно был открыт ответный огонь, что сорвало бандитам прицельную стрельбу по расположению ММГ. После 11 мая ММГ стала постоянно выставлять засады в район 9-й дороги. Стали членами КПСС: ефрейтор Брындин и рядовой Стерничук.
За мужество и героизм, проявленные при выполнении интернационального долга нагрудным знаком «Отличник погранвойск 1 степени» награждены: ефрейтор Шум, рядовой Веселый, рядовой Загородний, рядовой Микула, ефрейтор Салимоненко. Закончился 1 период обучения 1987 года, наша застава заняла 1 место.»


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Военнослужащие 1 ММГ. В первом ряду слева направо: рядовой Шум П.В., рядовой Рыжило Виктор Григорьевич – пулеметчик 1 погз.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Слева направо: рядовой Шум П.В., рядовой Рыжило Виктор Григорьевич – пулеметчик 1 погз. Лагерь 1 ММГ «Меймене».


Фото из архива Кургана Виктора Николаевича, наводчика орудия минометной батареи 1 ММГ 47 пого. Крайний слева – замполит минометной батареи старший лейтенант Момот Игорь Федорович.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Слева направо военнослужащие 3 погз: ефрейтор Дудка Виктор, водитель БТР № 739 рядовой Бабушкин Сергей, наводчик КПВТ БТР № 739 рядовой Мильгевский Эдуард.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Меймене. 1987 год. Дембель. На переднем плане слева направо: наводчик КПВТ БТР № 738 рядовой Мильгевский Эдуард, ефрейтор Шум П.В., водитель БТР № 740 рядовой Дронов Сергей, стрелок рядовой Наливайко Юрий Владимирович.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Слева направо: начальник 3 погз майор Суровцев Виктор Иванович, замполит минометной батареи старший лейтенант Момот Игорь Федорович, начальник службы собак ИСВ прапорщик Недельниченко Семен.


Фото из архива Момота Игоря Федоровича, замполита минометной батареи 1 ММГ 47 пого. Слева направо: старшина 1 погз прапорщик Балбышев Александр, замполит минометной батареи старший лейтенант Момот Игорь Федорович.


Фото из архива Зиганшина Расыха Рустемовича, старшего техника ИСВ 1 ММГ 47 пого. Слева направо: начальник 3 погз майор Суровцев Виктор Иванович, заместитель начальника 3 погз старший лейтенант Петров Александр Иванович, оперуполномоченный ОО капитан Первеев Владимир, замполит 1 погз лейтенант Щербаков Андрей, старшина 1 погз прапорщик Балбышев Александр, прапорщик Махарадзе Михаил. 1987 год.

Из альбома «Боевые дела подразделения 3 погз 1 ММГ «Меймене» 1986 – 1989», сохраненного Павловым Валерием, замполитом 3 погз 1 ММГ 47 пого

«1 июня ММГ была обстреляна реактивными снарядами. В этом месяце ММГ активно применяла засадные действия, постоянно выставлялись засады в район 9-й дороги, во главе с майором Суровцевым, майором Воробьевым, капитаном Даниловым. Личный состав заставы с поставленными задачами справился успешно. В июне месяце застава занималась боевой и политической подготовкой.»


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Художественная самодеятельность 3 погз. Слева направо: рядовой Наливайко Юрий Владимирович, младший сержант Иванов Андрей Борисович, ефрейтор Шум П.В.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Замполит 3 погз лейтенант Павлов Валерий.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Меймене. 1987 год. Наводчик КПВТ 3 погз ефрейтор Веселый Александр Николаевич получил медаль «За отличие в охране Государственной границы СССР».


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Вид г. Меймене с брони.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Меймене, лицеистки.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. На боевой операции.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. На боевой операции.

Из статьи майора А. Олийника «Наджиба сражается», газета «Красная Звезда» 1987 год.

«Малиновый берет, лихо надвинутый на правую бровь, тонкая талия, перехваченная широким армейским ремнем, - желто-зеленая форма коммандос удивительно ей идет. Во взгляде – решительность, уверенность в себе.
Многое успела повидать эта хрупкая женщина. На ее глазах падали, сраженные душманскими пулями, боевые товарищи. Сама не однажды смотрела смерти в лицо.
Наджиба выросла в маленьком кишлаке на окраине Меймене – административного центра провинции Фариаб на севере Афганистана. Семья Наджибы, где, кроме нее, было шестеро братьев, с радостью восприняла апрельскую революцию. Но революция нуждалась в защите, и все шестеро братьев Наджибы ушли в армию или в народную милицию.
По призыву Демократической организации молодежи Афганистана (ДОМА) она ездила по кишлакам, агитировала за новую жизнь, вовлекала сверстниц в молодежную организацию, призывала сбросить паранджу. А между тем в провинции поднимала голову контрреволюция. Особенно свирепствовала банда Хабиба – приспешника местного феодала. Его суд был короток: каждый, кто попадал ему в руки, умирал мучительной смертью.
Наджибе тоже грозили расправой. Но она не дрогнула. Когда душманы сожгли школу вместе с учителем, который учил ее грамоте, девушка обратилась к своим подругам, всем жителям кишлака с призывом: брать в руки оружие, защищать от бандитов свои семьи, жилища.
Провинциальный комитет партии, молодежная организация поддержали Наджибу. Так в восемнадцать лет она стала командиром женского отряда. А вскоре двадцать семь девушек – таджичек дали свой первый бой душманам, пробравшимся в кишлак.
Полтора года возглавляла Наджиба отряд. Не помешало этому и замужество: муж был из бедняков, всем сердцем поддерживал идеалы революции. Вскоре и он ушел добровольцем в армию. После рождения сына провинциальный комитет ДОМА направил Наджибу на медицинские курсы в Кабул. Здесь она познакомилась с удивительной красоты человеком Сухейлой Седик – первой в стране женщиной – военным хирургом, ныне полковником медицинской службы, кандидатом медицинских наук. После окончания курсов Наджиба мечтала поступить на открывшийся при госпитале медицинский факультет. Сама доктор Седик дала ей рекомендацию.
Мечта рухнула, когда пришла горькая весть о геройской гибели мужа. Над его могилой Наджиба поклялась занять место мужа в боевом строю. Обратилась к Министру обороны ДРА с просьбой зачислить ее санинструктором в бригаду коммандос.
Просьбу Наджибы уважили. С тех пор она не пропустила ни одной боевой операции. За мужество и героизм, проявленные в боях с мятежниками, Наджибе было присвоено первичное офицерское звание – младший лейтенант. А через год она досрочно получила лейтенантские погоны.»


Вырезка из газеты «Красная Звезда», 1987 год.


Фото из архива Шума Павла Васильевича, водителя АПМ-90 3 погз 1 ММГ 47 пого. Личный состав ИСВ укладывает авиационные бомбы для последующего их подрыва, оставленные подразделениями Советской Армии в районе аэродрома. Меймене, 1987 год.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Вывоз авиационных бомб для последующего их подрыва. Меймене, 1987 год.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Разгрузка авиационных бомб для последующего их подрыва. Меймене, 1987 год. Слева – старшина ПТВ прапорщик Дорохин Владимир.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Разгрузка и укладка авиационных бомб для последующего их подрыва. Меймене, 1987 год. Слева направо личный состав ИСВ: Сомиков И., Бойко, Струнец С.


Фото из архива Максимова Виктора Юрьевича, командира инженерно – саперного взвода 1 ММГ 47 пого. Разгрузка и укладка авиационных бомб для последующего их подрыва. Меймене, 1987 год.

Категория: 1987год |
Просмотров: 6967
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright ММГ-1 Меймене © 2017
Используются технологии uCoz